Подзащитный, ранее никогда не привлекавшийся к уголовной ответственности и не знакомый с работой полиции, не понимал как ему себя вести, стресс после задержания, состояние наркотического опьянения полностью отняли волю и самообладание. Вдобавок к этому, сотрудники полиции после личного досмотра, дали выпить подзащитному крепкую алкогольную настойку, две бутылки которой были обнаружены у него при личном досмотре.
Конечно, данный факт сотрудники впоследствии отрицали, но его в ходе очной ставки подтвердил один из свидетелей, выступавший в качестве представителя общественности (понятого), в протоколе личного досмотра и на видеозаписи значились обнаруженные две бутылки крепкой настойки, однако среди вещей обнаруженных при задержанном, но не изъятых и переданных родственникам их уже не было, то есть алкоголь загадочным образом исчез.
Это подтверждало факт использования алкоголя с целью оказания давления и склонению задержанного к даче нужных показаний, сомнение № 2.
После личного досмотра подзащитный, по надуманным основаниям, был помещен на ночь в камеру административно задержанных, где пробыл до утра, без пищи и условий для сна.
Данная практика широко применяется оперативными сотрудниками, дело в том, что у задержанного обнаружили свертки, как предполагается с наркотическим веществом, но чтобы точно сказать что это вещество действительно является наркотическим, необходимо исследование и заключение специалиста, а до получения такого заключения оснований задержания и удерживания не имеется. Поэтому сотрудники полиции составляют протокол об административном правонарушении, в котором обычно значится что задержанный вел себя неподобающе, нецензурно выражался, и на основании такого протокола помещают в камеру для задержанных.
Так было и в случае с моим подзащитным, однако на видеозаписи личного досмотра он выглядел испуганным и подавленным, полностью подчинялся сотрудникам полиции, представить что человек на видеозаписи как то дерзко себя вел будучи задержанным сложно, это сомнение № 3 также свидетельствующее как об оказании давления, так и недобросовестных и противоправных действиях полицейских, тем самым подзащитному еще и внушалось что он полностью во власти сотрудников ОНК, они могут сделать с ним и выдумать все что угодно.
На следующий день утром подзащитного отвезли в отдел наркоконтроля, где оказание давления на него продолжилось, его стали угрозами и уговорами склонять к даче показания о якобы причастности к сбыту наркотиков, опять же дали выпить изъятый алкоголь, отчего подзащитный совсем «поплыл». По итогу данных мероприятий в материалы дела была представлена видеозапись ОРМ опрос, на которой подзащитный, явно не совсем в адекватном состоянии, коротко, шаблонными фразами заявляет о своей причастности к сбыту наркотических средств.
Позднее подзащитный дал показания, что текст для этого короткого видео заучивался им под давлением сотрудников ОНК заучивался несколько часов и перезаписывался в несколько дублей, и когда подзащитный вдруг переставал выдавать необходимый текст запись останавливалась, сотрудники раздражались и требовали начать все заново.
(далее...)
